Рок-фестиваль «Старый мельник». Первые впечатления от первого визита.

Я пью прохладную смесь апельсинового сока с минеральной водой. Стаканчик за стаканчиком, пока литровая бутылка не показывает дно. Не пропадать же добру: плакат на ограждении недвусмысленно гласит, что вход с тарой, «даже пластмассовой», воспрещён. «Торгаши,-размышляю я с лёгкой досадой,- всё для повышения оборота собственной алкогольной продукции, продаваемой на фестивале!» Но думать о плохом не хочется, я покупаю вожделенный билет, меняю его на мягкую ленту-браслет на запястье-и выдвигаюсь к импровизированной проходной...

Охранники у барьера, одетые в чёрные брюки и безукоризненно белые рубашки, не торопятся меня пропускать. Ещё бы: на мне чёрные очки, шорты с подозрительно оттопыренными карманами, на боку-сумочка, а в руке-чёрный кулёк. Приходится продемонстрировать всё их содержимое: плеер, рацию, мобильный, фотоаппарат, блокнот с ручкой, складной стульчик, портмоне и ключи, после чего меня бережно «прощупывают» напоследок и разрешают пройти.
Народа не так чтоб много, не так чтоб мало. Стадион Политеха- стратегический простор для военной кафедры и школы вождения в учебное время года- заполнен публикой где-то на треть. Но атмосфера- вполне праздничная и концертная: на меньшей из двух сцен как раз выступает какая-то группа. Какая- я не в курсе, и это меня не сильно смущает. Я-не фанат русского рока, послушать могу, но не «торчу», и кумиров на этом музыкальном направлении не имею. Моя основная цель- пообщаться со знакомыми, понаблюдать и запечатлеть происходящее на фото. А посмотреть есть на что: публика собирается самая что ни на есть разнообразная, и в то же время одетая или раздетая «в русле» рок-культуры. Тут и панки с шикарными высоченными гребешками, и девушки-подростки с чёрными обводами вокруг глаз, и просто молодые люди с тематическими надписями на майках. Вся эта масса находится в постоянном движении- отчасти хаотичном, броуновском, а отчасти подчинённом ритмам несущихся из мощных колонок басов. То и дело над толпой взмывают в едином порыве «козы»- руки с пальцами, поджатыми в характерном жесте. Финальные аккорды песен сливаются с одобрительным свистом- а мне по привычке хочется не свистеть, а кричать «браво». Пары обнимаются, парни притоптывают больше поодиночке, подруги пританцовывают на пару, втроем или вчетвером. Некоторым девушкам везёт больше остальных- их сажают на плечи и поднимают над толпой, а то и подбрасывают в воздух. Впрочем, самый удачный обзор всё же не у них, а у телеоператоров, находящихся посредине между двумя сценами на возвышении. Жарко. солнце садится неторопливо, и, пока это не произошло, самые инициативные поливают себя и друг-друга водой из бутылок. Хочется верить, что не минеральной. В отдалении маячит жёлтая машина-водовоз, и счастливчикам удаётся оказаться возле неё в момент включения водомёта.
Средний возраст собравшихся? 17? 20? 25? Озираясь, я замечаю и двухлетних малышей, спокойно внимающих раскатам музыки на плечах у родителей(это что надо слушать дома, чтобы выработалась такая реакция?), и тех, кому «за 40». Но последних немного. А вот и уникум- пенсионерка, лет эдак около 60, в колоритном полосатом платье. «Потенциальный объект для интервью»-отмечаю я по привычке, и по прошествии получаса хвалю себя за прозорливость: у неё берут интервью репортёры телеканала «Мир». Общение не длится долго- очередная группа под названием «Провода» возобновляет выступление, и оператор деловито, без эмоций забирает камеру и покидает стадион. Мне очень любопытно: его «не заводит» забойный ритм, под который даже я начинаю пританцовывать, или он это профессионализм берёт верх над центром удовольствия где-то в левом полушарии?
Над танцующими- флаги с логотипом «Нашего радио» и «Чёрный Роджер». Под ногами- бутылки, в основном от минеральной воды «Реал», которых становится всё больше. По периметру поля урн не наблюдается, так что это естественно.
Не все активно движутся- ореховая посадка вокруг стадиона напоминает о сиесте. Здесь дремлют молодые и не очень люди, кто на покрывале, кто на ветках деревьев, кто просто на земле, в обнимку и без, явив свету шлёпанцы, кроссовки и даже сапожки- по такой-то жаре! А в отдалении маячат знакомые сине-зелёные кабинки, в которых завершается круговорот жидкости, выпитой на фестивале…неужели бесплатные?- Да, здорово!
Темнеет. Выступление следует за выступлением, и вместе с ними нарастает боль в ногах и желание добраться до холодильника с едой и выпивкой…Поле за стадионом затягивает лёгкий смог. Воздух почти неподвижен, и пыль, смешанная с сигаретным дымом, создаёт ощущение «как после боя».
В состоянии лёгкой эйфории я прыгаю в вовремя подвернувшийся троллейбус. Выхожу у «Грин Хиллз». И тут мне опять везёт с транспортом: тороплюсь на пересадку. Краем глаза замечаю объявление «Потомственная гадалка Елена…». На остановке- в основном пенсионеры. Добро пожаловать в обычный мир!
Дом. Холодильник. Я вновь пью апельсиновый сок с минералкой-и выпиваю не меньше, чем на входе, только на этот раз добровольно. Круг замкнулся? Почти: осталось проветрить майку, отмыться до первоначального чистого состояния и встретить наутро в троллейбусе девушку с той самой полифонической рок-мелодией на мобильном…