Я прилетел, а чемодан нет. Взамен мне вручили Male Overnight Kit (майка XXL, зубная щётка, зубная паста, стиральный порошок, бритва и пена для бритья, лосьон, что-то ещё мелкое). Чемодан, кстати, привезли на другой день, прислав какой-то быстропочтой. Я аж зауважал.
* * *
Водитель провёл меня узкими тёмными закоулками Старого Города к гостинице, позвонил в дверь, сказал «увидимся завтра утром» и утопал в темноту. Юноша с ресепшена долго тупил на листик бронирования, а потом радостно сказал «А! Так вам в Redroof Old City, а мы Old City Inn!». Нужная мне гостиница располагалась «Рядом, пять минут хода, вот туда вниз и направо. В принципе безопасно, да. Наверное...». Поправив шарф и закинув на плечи рюкзак, я вышел в предрассветную темноту. За полчаса поисков я обнаружил симпатичные часы, Old City Hotel, старую башню, Old City Sultan Boutique Hotel. В конце концов я обнаружил и патрульных полицейских катающихся на машине:
— Скажите, а где тут гостиница Redroof Old City?
— Ты с какого района где живёшь? Документы в порядке? А чего тут бродишь?
— Да вот водитель гостиницы перепутал, меня высадил и уехал...
— Вот дурак, а! А случись что с тобой, нам же отвечать, а! Ну садись, брат, подвезём! А потом ми пакушаем а ты за нас заплатишь...
Немного покатавшись по Старому Городу, мы приехали к гостинице. Пока один из полицейских ходил узнавать это ли Redroof, второй чесал языком со мной «Чехословакия это хорошо. Там девушки красивые! Это же часть Советского Союза была. Как не была? (Он мне сильно не поверил). А откуда русский так хорошо знаешь? Из Молдавии? А, там яблоки знаешь, вот такие вот! Виноград? Нееее! Там — яблоки!»
* * *
Вообще говоря, ушедший в Валгаллу СССР оставил после себя кучу мифов и сумбура в головах бывших жителей. Недавно на Украине мне сказали «мы думали ты иностранец». Я с готовностью подтвердил, что да, иностранец — гражданин Молдовы, живу в Словакии (да и видок был что надо — в красной лыжной куртке, с фотоаппаратом на пузе и блаженной лыбой на небритой роже). На что мне было сказано «Ну так Молдавия! Это-ж наши! Мы ж вместе в социализме были! Так что вы наши, а мы — ваши».
* * *
Гейдара Алиева, прошлого президента Азербайджана, тут уважают, причём уважают очень сильно и даже те, кто его не любит. Аэропорт носит имя Гейдара Алиева. На улицах висят плакаты с Гейдаром Алиевым. В кабинетах висят портреты Гейдара Алиева (а в одном кабинете в Президентской Администрации я видел даже два портрета Гейдара Алиева — официальный в рамке и на календаре). Портреты нынешнего Президента, Ильхама Алиева, обычно встречаются рядом с портретами папы. Либо отец и сын Алиевы на фоне Баку. Отношение к Президенту довольно двойственное — в принципе уважают, но в основном за папу. Скоро пройдёт референдум для устранения ограничения на два срока президентства.
* * *
Вообще Баку производит очень интересное впечатление. Очень милый старый город, с узенькими запутанными улочками (помните, как герой Миронова в «Брильянтовой руке» пытался из него выбраться?). Очень интересные здания, красиво подсвеченные ночью. Но в целом, Баку представляет собой одну огромную стройку. Такого объёма строительства я давно не видел. Кстати, довольно много новой стройки стилизуется под старый стиль, хотя есть и «стеклянные кубики». Все стройки обнесены заборами с видами старого Баку или визуализацией того что тут будет стоять. Над набережной развевается огромный флаг Азербайджана.
* * *
Азербайджан очень быстро растёт, умело используя огромные нефтяные доходы. Мне кажется, Азербайджанская модель развития несколько более успешной, по сравнению с Грузинской. В Тбилиси разбитый асфальт начинается стоит только свернуть с центральной улицы. В Баку в центре всё крайне прилично. Это, конечно, внешнее. Но Азербайджан вкладывает огромные деньги в инфраструктуру, дороги, авиалинии между Баку и районами...
* * *
Граффити представляют собой в основном надписи wap.askim.az, wap.tele.az, и прочие. Хотя встречаются и такие вот картинки:
* * *
По всему городу множество фонтанов, в том числе есть и в узеньких закоулочках Старого Города. В фонтанах вода, а ночью и подсветка. Выглядит очень красиво.
* * *
Азербаджан — tea drinking nation. Чай подают в маленьких фигурных стаканчиках, обычно с кусочками сахара. Чай подают на всех встречах даже не задавая вопросов — пришёл гость, значит надо поить чаем. И кормить сладостями — у каждого на столе стоит коробочка с конфетами.
* * *
Около офиса стоит бюст в обрамлении чёрного камня с выбитым на нём золотом списком. Поясняют, что это памятник герою войны в Карабахе, когда «воевали с Арменией и Россией». Вообще азербайджанцы очень сильно не любят армян, такой ненависти я давно не видел.
* * *
Интересовался бюджетным процессом. Собеседник долго мялся, пытаясь рассказать про процесс верстки бюджета и решения кому сколько давать. Сказал «смотрят на отдачу средств, где будут использованы более хорошо». «Например?», уточнил я. «Там где откат больше» закрыл тему собеседник.
* * *
В пылу спора группа переходит на азербайджанский (кстати, очень близкий к турецкому язык). Послушав с минуту, говорю «Оамень бунь! Хай не грэим лимба руса сау енглезэ. Дин пэкате, еу ну ынцелес лимба азербайджанэ.» Товарищи ошарашено затихают, а потом смущённого говорят «Ой, а мы молдовского не знаем» и переходят на русский.
* * *
В гостинице на холодильнике надпись «Холодильник не открывать никому!»
* * *
* * *
* * *
* * *
* * *
Братислава встречает меня мрачным дождливым утром. Низкие клочковатые тучи цепляются за шпиль св. Мартина. Пока я добираюсь от машины до подъезда очки оказываются заляпанными снегом. В квартире страшно холодно и пахнет ароматическими палочками. Я оставляю чемодан и иду на кухню. На окне весело сверкают серебряные звёздочки. Насыпаю в чашку кофе и заливаю кипятком. И тут я понимаю, что единственное что у меня было, есть и будет всегда — это моё одиночество. И никуда мне от него не деться.