PRO тепло.

У всех на слуху недавний конфликт примарии и «Termocom». Меж тем ларчик просто отворялся. Чтобы в домах было тепло, нужно немного экономики, инженерии и здравого смысла.

Сага об отопительном сезоне.

Холода в наших краях всегда неожиданны. На дворе вторая половина октября, а тепла нет ни на улице, ни в доме. Если с первым ничего не поделаешь, то со второй бедой обычно борются  коммунальные службы. В развитых странах, говорят, успешно.
Нам до них еще далеко. У нас всегда кто-то что-то недоплатил, недокрутил, недосказал. Пока важные люди ругаются, обыкновенные граждане живут в холодных квартирах. И только когда полгорода переболеет ОРЗ, вдруг появляется тепло.

«В этом году будет точно также,- считает профессор экономики МолдГУ И.А. Баркарь.- Дело вовсе не в конфликте примарии и«Termocom». Здесь системная ошибка».

Неразрывные цепи.

Тепло производит ТЭЦ. Она продает тепло «Termocom». Тот, в свою очередь, продает тепло примарии. Примария продает тепло ЖЭКам. ЖЭКам платим мы. «В этой цепочке конкретным делом занято только два звена: ТЭЦ, которая вырабатывает тепло и горячую воду, и потребители, которые за них платят,– говорит профессор Баркарь.-  «Termocom» - это искусственно созданная монополия, которая, как и примария, выполняет лишь посреднические функции. Примария следит за состоянием тепловых магистралей, однако все мы видим в каком они состоянии. Было бы гораздо эффективнее, если бы потребители имели непосредственные отношения с ТЭЦ».

Вот как это могло бы выглядеть. В каждом районе существует своя подстанция, которая получает тепло от ТЭЦ. Этой подстанцией владеют ТЭЦ и потребители. Инженеры занимаются эффективным использованием магистралей, чтобы сократить потери тепла и минимизировать ущерб от аварий (сейчас при авариях остается без тепла чуть ли не полгорода). Потребителям предоставляется полная калькуляция по тарифам. Утопия? «Это абсолютно реально, - утверждает И.А. Баркарь. - Например, в Дании это уже давно работает». 

Централизованные коммунальные системы – проблема не только Молдовы. Всем хорошо помнится недавний blackout на Восточном побережье США и на юге Канады. У децентрализованной системы гораздо больше преимуществ, главное из них – потребители могут влиять на ситуацию. Сейчас горожане кажутся пешками в большой игре. Обидно, что многие из этих пешек исправно оплачивают коммунальные услуги.  

Что делать с монополией.

Многие грамотные граждане считают, что проблему можно решить, если ликвидировать монополию «Termocom». Мол, в таком случае потребитель сможет выбирать кому платить и за что. Однако стоит вспомнить, что страна у нас небольшая, и «Termocom», а точнее ТЭЦ, монополист естественный. «Гипотетически можно допустить, что появится кто-нибудь, кто составит конкуренцию ТЭЦ, - говорит профессор Баркарь. – Однако ему придется покупать у тех же импортеров по тем же ценам, строить собственные станции, проводить магистрали, согласовывать все это с местными властями. Вывод: на рынок мог бы выйти тот, кто обладает альтернативными источниками сырья. Например, дочерние предприятия РАО ЕЭС России».

Приватизация могла бы помочь, но она вряд ли состоится в ближайшее время – власти сильно обожглись при продаже государственных электрораспределительных сетей. Скорее всего, власти будут демонстрировать лишь готовность передать госимущество в частные руки, как это происходит в случае с другим монополистом - «Moldtelecom».

Интересные наблюдения.

Спор примарии и «Termocom» можно было бы считать полезными – ведь чиновники как будто отстаивают права потребителей. Однако «Termocom» на 71 % принадлежит столичной администрации. То есть это государственное предприятие. ТЭЦ тоже ГП.  Потребители заплатили по тарифам, утвержденным НАРЭ. Получается, что государство не может договорится само с собой. Это тревожные симптомы. Одна здравая мысль в этом споре была: потребителям не представляют калькуляцию затрат на производство и поставку тепла и горячей воды. Возможно, ее представляют НАРЭ. Все это навевает на мысль, что цифры здесь второстепенны, их используют для того, чтобы ТЭЦ, «Termocom» и примария остались должны друг другу. Хотя мы заплатили.

Гурков