А я, бедный злобный читатель, сижу и фигею. Ничего себе, думаю я. Добрый дядя Андерсен отправил мотылька на верную гибель и даже не заморочился, и добрую девочку Дюймовочку тоже не заморочил, ну действительно, чего не случится по пути к ельфам...
А потом, через пару дней, добравшись до кучи книг большего формата, я снова читаю «Дюймовочку». Потому что это оказывается неадаптированный (ну или, по крайней мере, менее адаптированный) перевод. Так вот там, к моему превеликому облегчению, автор замечает, что с мотыльком как-то нехорошо получилось. Ну, то есть, открытым текстом говорится, что мотылек остался привязанным к листу, так и так, жызнь жыстока.
И вот сидела я и фигела еще больше. На этот раз с дебилизма тех, кто решил это дело сделать более гуманным. Госсподя, ну выкинули бы вообще этого бедного мотылька, кувшинка и тупо по течению могла бы уплыть, но раз уж оставили — зачем считать детей идиотами без соображения и памяти, зачем оставлять в тексте вот такенную аморальную дыру, мечту антитетика?
Пфе.
P.S. Нет, я не помню, замечала ли я это в детстве. Да, возможно, не замечала. Да, возможно, и не заметила бы, если бы не читала когда-то полной версии. Это не принципиально. Я говорю не о своём уме. А о человеческой глупости. Одно с другим не коррелирует, знаете ли.