Согласно ст. 289 УПК и п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда СССР № 1 от 16.03.71 г. “О судебной экспертизе по уголовным делам” эксперт может быть допрошен только после дачи заключения в стадии судебного разбирательства. Об этом говорится в постановлении Президиума Верховного Суда РСФСР по конкретному уголовному делу в отношении Л.: "Допрос эксперта может иметь место лишь после производства им по определению суда экспертизы в судебном заседании и оглашении своего заключения". Особенно актуально это по уголовным делам частного обвинения, когда сам суд принимает решение о возбуждении уголовного дела, а до момента возбуждения уголовного дела судом по направлению сотрудников милиции проводится судебно-медицинским экспертом судебно-медицинского освидетельствование пострадавшего и по его результатам составляется акт судебно-медицинского освидетельствования, который по своему уголовно-процессуальному статусу не равнозначен заключению эксперта. Данный акт имеет процессуальный статус документа (ст. 88 УПК РСФСР), а не заключения эксперта. В качестве примера здесь можно привести следующее уголовное дело: по уголовному делу о причинении Романцевым своей супруге Романцевой лёгких телесных повреждения до возбуждения уголовного дела по направлению участкового инспектора милиции судебно-медицинским экспертом района был составлен акт судебно-медицинского освидетельствования гражданки Романцевой, а затем в судебном заседании суд по этим же обстоятельствам без назначения судебно-медицинской экспертихзы допроса в качестве эксперта Ш., который ранее (до возбуждения уголовного дела) проводил названное выше судебно-медицинское освидетельствование и составил об этом соответствующий акт. Верховный Суд РФ отменил приговор, указав, что “допрос судебно-медицинского эксперта в суде по обстоятельствам акта судебно-медицинского освидетельствования не равнозначен заключению судебно-медицинского эксперта и является нарушением требований ст. ст. 275 и 289 УПК РСФСР, поэтому показания эксперта в силу ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР не могут быть признаны допустимым доказательством и использоваться в качестве доказательства для доказывания характера телесных повреждений. Обстоятельство, подлежащее доказыванию — характер телесных повреждений и степень их тяжести, в данном деле не было установлено предусмотренным законом (ст. 79 п. 1 УПК РСФСР) источником доказательств — обязательным заключением судебно-медицинского эксперта, что является существенным нарушением УПК РСФСР”. Участники судебного разбирательства могут задавать эксперту вопросы в целях разъяснения или дополнения его заключения. Законом предусмотрен порядок допроса эксперта. Сначала его допрашивает суд, затем обвинитель, потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители, защитник и подсудимый. Суд может задавать вопросы эксперту в любой момент допроса. Несколько иной порядок установлен УПК РСФСР для допроса эксперта в суде присяжных, где первым эксперта допрашивает либо сторона обвинения, если выводы эксперта положены в основу обвинительного заключения, либо сторона защиты, если эксперт вызван в суд по ходатайству стороны защиты и самого подсудимого. Суд присяжных допрашивает эксперта последним. Прежде чем начать допрос эксперта, суд в ряде случаев объявляет перерыв с тем, чтобы все участники судебного разбирательства могли изучить заключение и подготовиться к допросу эксперта. Все участники судебного разбирательства задают вопросы эксперту только с разрешения председательствующего, а эксперт отвечает на них так же с разрешения председательствующего, который в этот момент реализует свое право устранить любой вопрос, не относящийся к делу либо к компетенции эксперта, либо разрешить эксперту на него не отвечать. Если вопрос не устранен, эксперт обязан на него ответить. Допрос эксперта заключается в вопросах эксперту и его ответах на них. Задаваемые вопросы и ответы согласно ст. 264 УПК заносятся в протокол заседания. На практике, напротив, в протоколы судебных заседаний заносят только ответы эксперта, а заданные ему вопросы игнорируются. Так, по уголовным делам в отношении Криштофора, Родина. Хатина, Пушкина, Гусева и Кузнецова, военным судом Балашихинского гарнизона, в протоколы судебного заседания вопросы, заданные участникам судебного разбирательства при допросах экспертов не заносились. Лифшиц Е.М, и Михайлов В.А. в монографии "Назначение и производство экспертизы" отмечают, что как правило, задаваемые эксперту вопросы касаются "оснований его выводов (если таковые недостаточно ясны из заключения); уточнение выводов и оснований; конкретизации методов исследования и применения новейшей методики". Розенталь М.М. описывает еще одно основание необходимости допроса эксперта: "В случае, когда эксперт использовал не все необходимые методы и провел не все требуемые исследования, необходимо проверить, содержатся ли в его заключении описания исследований, а так же указания их методов может, и должно быть восполнено допросом, в противном случае оно теряет доказательную силу". Если заключение давалось комиссией экспертов и между ними не возникло разногласий, может быть допрошен один из них. Это может быть как эксперт, уполномоченный членами комиссии, так и любой из членов комиссии по решению суда. Как правило, выбирается наиболее квалифицированный, опытный и эрудированный эксперт. Если же между членами комиссии возникли разногласия при дачи заключения, то допрашиваются все эксперты. На основе допроса всех этих экспертов суд даёт оценку экспертному заключению. Если после допроса эксперта либо оглашения им результатов экспертизы у суда не возникает никаких вопросов к нему, его могут освободить от дальнейшего участия в судебном процессе, о чем должно быть сказано в протоколе судебного заседания (п.15 Постановления Пленума № 1 от 16.03.71 г.). Допрос эксперта в силу положений ч. 2 ст. 69 УПК РСФСР не является самостоятельным источником доказательств, а является составной частью экспертного заключения. В практике судов имеют место случаи, когда переоценивается значение допроса эксперта в суде. В качестве примера можно привести следующее уголовное дело по обвинению Костюченкова. Фабула данного уголовного дела такова: в судебном заседании было установлено, что в акте комиссионной экспертизы за эксперта В. расписался другой эксперт, не участвовавший в проведении экспертизы. Помимо этого в судебном заседании остался невыясненным вопрос, предупреждали ли соответствии со ст. 187 УПК РСФСР эксперт В. об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Суд решил восполнить эти пробелы путём вызова и допроса в судебном заседании эксперта В., что и было сделано судом первой инстанции. Приговор по данному уголовному делу был отменён вышестоящим судом по следующим основаниям: 1) согласно положений ст. 191 УПК РСФСР эксперт должен лично подписать сделанное им заключение; 2) в соответствии с положений части 2 ст. 50 Конституции РФ и части 3 ст. 69 УПК РСФСР доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а равно использоваться в доказывании; 3) в данном случае требовалось провести дополнительную экспертизу, а не восполнять пробелы предварительного следствия путём допроса эксперта в судебном заседании. Допрос эксперта в суде проводится в соответствии со ст. 305, 373, 483 УПК ГРУЗИИ. В судебном заседании эксперт вслух читает заключение (п. 9 ст. 483 УПК ГРУЗИИ), после чего он может быть допрошен судом или сторонами. Эксперт допрашивается в случаях, когда заключение непонятно или имеет недостатки, которые могут быть восполнены при допросе без назначения новой экспертизы (ст. 373 УПК ГРУЗИИ). Допрос эксперта не может производиться до представления им заключения. Перед допросом эксперт предупреждается об ответственности за дачу заведомо ложных и отказ от дачи показаний. Ему разъясняются его права не давать показания против себя и своих близких. Вопросы задаются только те, которые имеют значение по делу. Показания эксперта, дополняющие его заключение, являются доказательствами по делу. В соответствии с п.7 ст.120 УПК Грузии показания эксперта оцениваются в совокупности с составленным им заключением, показания эксперта самостоятельным источником доказательств не признаются.