Ждала выходных, чтобы послушать одну песню (на рабочем компьютере звука нет).
Так и не послушала.
Забыла, ага.

Вечером в пятницу должна была поменять подписи в договорах, об этом вспомнила только сейчас. Но их уже за меня поменяли.
Нет, я все-таки не понимаю, зачем меня тут еще держат.
Еще не осознали, что не сегодня-завтра я могу, например, перепутать свой диск с сетевым и радостно удалить все базы данных, думая, что освобождаю место от устаревших копий?

«— Матушка, здесь нет пешеходного перехода.
— Какая я тебе матушка?
— А какой тут тебе пешеходный переход?»

Достучаться до техподдержки, обновить сертификат и оплатить хостинг на этот раз получилось.
Но писать об этом в новостях почему-то лень.
И незачем как-то.
В морг — значит, в морг.

Ездили в Тирасполь за арочными уголками металлическими.
Не купили ничего, кроме кулечка помидор.
На следующий день мама поехала в Кишинев за арочными уголками металлическими.
Не купила ничего, кроме трех арбузов.
Ну ладно, крышечку пластмассовую на потолок еще купила.

Когда по всему горизонту идут голубые вспышки от рвущихся проводов — это таки впечатляет.
А вот держать прогибающуюся вагонку на этот раз не пришлось, ветер был с другой стороны.
Кстати, интересная штука была с этой вагонкой в прошлый раз.
Держали мы ее, держали, и казалось, что стоит ее отпустить, она тут же развалится.
Потом нам надоело ее держать и мы ушли.
И ничего, не развалилась.

Здесь должен был быть рассказ про мой сегодняшний сон, но я его почти не помню. Скажу только, что ходить по ночному городу с очень напуганным Урфином Джюсом — крайне глупое занятие. Зря я выдумала это привидение, да.

Блин, флэшку забыла.
Не смогу теперь драббл дописать.
Зато был бы хороший повод дописать стажерохрень, да (