...Хотела я сначала сделать этот пост подлиньше, снабдив его обширными примерами изложения одних и тех же событий разными способами, но потом поняла, что не надо недооценивать читателей. Те, кому это вдруг (вдруг) будет интересно, сами прекрасно всё себе вообразят, а те, кому это не интересно, не станут вчиваться во всякий загромождающий френдленту мусор. Поэтому я ограничусь трёпом, а примеры придумаю другие, раз в пятьдесят короче.
Вот есть понятие POV, и есть понятие повествования от первого лица, и я раньше думала, что первое подразумевает второе. А оказывается, ни фига. Текст, написанный в третьем лице, но отражающий перспективу определенного персонажа, тоже может считаться POV. Такие вот новости. Но речь не об этом (да, я не отличаюсь последовательностью изложения). Речь о том, что есть грамматическое понятие — лицо. «Я шел по улице», — первое лицо, «Вася шел по улице», — третье. А есть <вставьте сами какое-нибудь умное слово> понятие — перспектива. «Я шел по улице» — перспектива Васи, но и «Вася шел по улице» тоже может быть перспективой Васи. Например, «Вася шел по улице и не знал, что делать дальше». А вот «Вася шел по улице и не знал, что за ним наблюдают» — уже не перспектива Васи, потому что сообщает о фактах, Васе неизвестных.
И мы получаем, если грубо, такие возможные типы текста с точки зрения лица — грамматического и смыслового:
1) 1 л., POV персонажа — повествование от первого лица,
2) 3 л., POV персонажа — фокус на восприятии персонажа,
3) 3 л., не POV — повествование от третьего лица,
4) 1 л., не POV — либо ошибка (аффтар неправильно выбирает выразительные средства), либо какой-то очень тонкий стилистический изыск.

Ладно, хрен с ним, с лицом. Перейдем к другой характеристике глаголов ) К времени. Так же, как в первой половине своего размышлизма я не рассматривала второе лицо, тут я нагло обойду вниманием вариант с построением текста на основе будущего времени — это явления примерно одного порядка, то есть очень извратные. Оставим в покое авторов-провидцев, авторов-гипнотизеров и прочих экстрасенсов, перейдем к более реальным временам.
Бывает повествование в настоящем времени (да-да, оно бывает и даже не всегда это ужасно, иногда оно в тему). «Я иду по улице». А бывает в прошедшем: «Я шел». Но нет ли и здесь категории, похожей на время глагола, но относящейся не к грамматике, а к <вставьте умное слово>, соотносящееся с временем глагола так же, как перспектива с его лицом?
«Я иду по улице и не знаю, что делать дальше» — чистое настоящее время. «Я шел по улице и думал, что делать дальше, но я еще не знал, что всё решено за меня: за мной уже наблюдали» — чистое прошедшее. Или «Я шел по улице» А просто «Я шел по улице и не знал, что делать дальше»? Не включающее никаких фактов, которые могли бы стать известны рассказчику (будь то персонаж или просто образ автора) позже — так же, как из POV в третьем лице сознательно исключаются факты, о которых не может знать персонаж, несмотря на физическую возможность о них рассказать... Короче, взгляд на события не из будущего, а из одновременной с ними, движущейся по оси времени вместе с персонажами точки.
То есть мы получаем такие же четыре категории:
1) настоящее время,
2) «относительное» прошедшее время — рассказ о наступающих событиях,
3) «абсолютное» прошедшее время — рассказ о прошлых событиях,
4) хрен знает что такое, но если умеючи, то можно.

При этом используемыми по умолчанию формами являются третье лицо и прошедшее время (хотя первое лицо тоже имеет долгую традицию употребления, тут аналогия с настоящим временем будет кривой). А вот для определения смысла можно по умолчанию и там и там считать, что текст относится к первой паре категорий. А при обнаружении в нём фактов, неизвестных персонажу, или тех, о которых рассказчик узнает только в будущем относительно описываемых событий, перекидывать текст во вторую пару категорий той или иной классификации.

Ну как, правда же ж бред?