Недавно задумалась о том, почему человек, находящийся в ситуации, очень похожей на мою, может вызывать у меня не сочувствие, а даже что-то вроде враждебности.
И потом поняла, что это не враждебность, а страх.
Потому что человек этот, ни в чём не повинный, встает передо мной как призрак моего преступления, как страшное темное зеркало, в котором отражается весь ужас моего греха...
Почему оно страшное, если человек не страшный? Ну, во-первых, этот человек, готовый разговаривать о своих бедах даже со мной, должен быть довольно открытым. И проявляться его чувства будут шире. Этого человека вообще как бы больше. Поэтому зеркало это — большое.
Но оно еще и глубокое и кровавое — потому что я не могу не сознавать, что я, мелкое тихое серое существо, причинило гораздо больше зла, чем кто-то другой, большой, шумный и яркий и при этом страдающий, в соответствии с масштабами своей личности, сильнее меня.

Переплетение реальности и вымысла... Как красиво это звучит. Как, чёрт возьми, поэтично.
Но красиво это только до тех пор, пока речь идет о переплетении, а не о слиянии.
Там, где читатель не может отличить фантазии от фактов, заканчивается творчество. И начинается клевета.

Да сопутствует удача и душевное спокойствие тем, кто умеют сохранять их просто переплетенными.