Почему наша газета выходит на русском и молдавском, а не на русском и румынском языках? Да, знаю, это долгий разговор. Тут можно конференции научные проводить, академиков подключать, они будут трое суток говорить и все будет мало.
Но я проще скажу, не академически. Потому что молдавский язык - нас объединяет. Потому что мое, коренного русака, желание знать молдавский язык - это не лингвистическое любопытство, не пополнение личной коллекции языков, и даже не практический интерес. Это прежде всего желание быть единым с моим народом, с моей нацией - как ни пафосно это, может быть, и прозвучит.
Молдавский язык в Молдове - объединяет людей. А румынский? А вот слова “румынский язык”, многолетними стараниями группы граждан, играют в Молдове совсем другую роль. Разъединяющую, разрушительную, отрывающую людей друг от друга.
Эта самая группа граждан так усердно трудится на своей ниве, что диву даешься, как они еще не порушили наш стеклянный дом, в котором не рекомендуется кидаться камнями. Именно им мы должны сказать спасибо очень и очень за многое, от Бендерской трагедии до отчужденности детей от отцов. Боюсь, это не последняя “благодарность”, которую придется в их адрес произнести.
<!– /* Style Definitions */ p.MsoNormal, li.MsoNormal, div.MsoNormal {mso-style-parent:”"; margin:0cm; margin-bottom:.0001pt; mso-pagination:widow-orphan; font-size:12.0pt; font-family:”Times New Roman”; mso-fareast-font-family:”Times New Roman”;} p.MsoPlainText, li.MsoPlainText, div.MsoPlainText {margin:0cm; margin-bottom:.0001pt; mso-pagination:widow-orphan; font-size:10.0pt; font-family:”Courier New”; mso-fareast-font-family:”Times New Roman”;} @page Section1 {size:595.3pt 841.9pt; margin:2.0cm 57.6pt 2.0cm 57.6pt; mso-header-margin:35.4pt; mso-footer-margin:35.4pt; mso-paper-source:0;} div.Section1 {page:Section1;} –>
/* Style Definitions */
table.MsoNormalTable
{mso-style-name:”Table Normal”;
mso-tstyle-rowband-size:0;
mso-tstyle-colband-size:0;
mso-style-noshow:yes;
mso-style-parent:”";
mso-padding-alt:0cm 5.4pt 0cm 5.4pt;
mso-para-margin:0cm;
mso-para-margin-bottom:.0001pt;
mso-pagination:widow-orphan;
font-size:10.0pt;
font-family:”Times New Roman”;}
Когда мы говорим о молдавском языке, то всегда подразумеваем: все граждане Молдовы должны знать язык. Но если вы заметили, слово “должны” здесь всегда звучало без всякого звероподобного насилия, без всякого силового принуждения. Это всегда был призыв к единству, апелляция к душе и разуму. Внутреннее чувство долга, путь к пониманию того, как нам лучше жить на этой земле - вот что содержится в этом призыве. Свободные люди, которые свободно говорят на всех языках нашей земли - вот идеал, к которому стремится эта линия.
А вот когда вас в Республике Молдова призывают “знать румынский” - то на практике это, как правило значит, что язык вам хотят вбить в глотку сапогом. Дать им волю, и если вы не знаете языка - вам наденут на голову дурацкий колпак, повесят на шею табличку и будут тыкать пальцем: “Он не умеет правильно говориить по-румынски!” Языковой концлагерь, раса “образованных” господ и темных “недочеловеков” - вот логический конец этой идеологии.
Чувствуете различия в подходе?
Кстати, от звания “недочеловека” в этой системе ценностей вас не спасет даже знание языка. Живо помню, как на пикет молодых людей у здания кишиневской примэрии налетела группа бесноватых бабулек. Молодые люди, которые протестовали против хаоса, творящегося в муниципальном совете, вообще говоря, были молдаване. Студенты, горожане, они говорили на вполне правильном, литературном языке.
Думаете, это устроило престарелых поклонниц Михая Гимпу? “Я слышу, ты с акцентом русским говоришь!” - визжала одна из них, пытаясь вырвать из рук юноши плакат. Юноша слегка обалдел, на глазах теряя веру, что мудрость приходит к человеку вместе со старостью. И я его понимаю. Иногда старость приходит одна.
Понимаете, будь вы хоть академик, знаток филологии и литературы, но отыскать в вашей речи “акцент” или “оттенок акцента” при соответствующем политическом режиме не составит никакого труда. Ведь критерии правильной речи будет придумывать именно “раса господ”, составляющая элиту такого режима. И если вы им не нравитесь, то никогда не будете “полностью соответствовать” критерию настоящего арий…. простите, критерию настоящего, стопроцентного носителя панрумынских ценностей.
Именно поэтому я не считаю праздник “Limba Noastra” - своим праздником. Потому что это - не праздник языка, и пусть никого не обманывают пафосные речи, что звучат на торжественных митингах. Этот праздник давно подмяла под себя самопровозглашенная “раса господ”. Язык для них - не более чем удобный инструмент порабощения тех, кому не повезло вовремя запрыгнуть на пригорок.
И не пойте мне про Эминеску. Эминеску с этими нынешними деятелями не то что за один стол не сел бы - постарался бы на одной планете с ними не находиться. Великий был гуманист, гений, что скажешь… Это знаете, как Марксу не стоило бы видеть, что такое сусловский “марксизм” с неоновыми лозунгами: “Решения XXVI съезда КПСС - в жизнь!” - второй раз умер бы от огорчения.
Я уже не говорю о Штефане чел Маре. После вхождения на трон ему хватило бы десяти минут, чтобы оглядеться вокруг и уловить, что происходит. И мама дорогая, что бы тогда началось… Живо представляю себе лидеров кишиневской оппозиции на докладе у Штефана Великого. Эпическая получилась бы картина.
* * *
Вот, читаю интервью, что дал агентству Info-prim Neo Александру Бантош, директор Дома румынского языка, что в Кишиневе. И поразительные вещи выясняются из этого интервью.
Во первых, выясняется: сторонники румынской идентичности не могут обойтись без полицейского сапога даже в таком гуманном деле, как изучение государственного языка национальными меньшинствами. Они не знают других способов, кроме кулака жандарма.
Александру Бантош: “Лингвистическое законодательство, целесообразное в советское время, сейчас в целом контрпродуктивно… не предпринималось ничего конкретного, ощутимого для того, чтобы румынский язык вступил в свои естественные права основного и жизненно важного атрибута государства… Сегодня в Республике Молдова не существует государственного учреждения, которое бы осуществляло надзор за использованием государственного языка… Официальный язык (Бантош имеет в виду румынский - А.И.) Республики Молдова вступит в свои естественные права только тогда, когда будет разработан и утвержден закон, который бы защищал его де-юре и де-факто от неравного соревнования с русским языком…”
Не будем уже тыкать носом в Конституцию насчет названия госязыка: имели они в виду нашу Конституцию… Обратите внимание: они не видят другого способа, кроме ужесточения полицейских, надзорных законов. Мышление этих “европеизированных либералов” навсегда застряло в XIX веке, на уровне деревенского жандарма с начищенной до блеска бляхой.
* * *
Знаете, с каждым годом все убедительнее проявляется простой факт: основная причина, по которой наши оппоненты с нами дерутся - это их глубокое невежество, крайне плохое образование и неумение мыслить научно даже там, где научный подход необходим.
Цитата из Ленина, из “Критических заметок по национальному вопросу”:
“…Потребности экономического оборота всегда заставят живущие в одном государстве национальности (пока они захотят жить вместе) изучать язык большинства… сами собой определят тот язык данной страны, знать который большинству выгодно в интересах торговых сношений. И это определение будет тем тверже, что его примет добровольно население разных наций, тем быстрее и шире, чем последовательнее будет демократизм”.
И еще: “Если итальянцы в Швейцарии часто говорят по-французски в общем парламенте, то они делают это не из-под палки какого-нибудь дикого полицейского закона (такового в Швейцарии нет), а просто потому, что цивилизованные граждане демократического государства сами предпочитают язык, понятный для большинства. Французский язык не внушает ненависти итальянцам, ибо это - язык свободной, цивилизованной нации, язык, не навязываемый отвратительными полицейскими мерами”.
Если г-да Бантош и компания не замечают, что все больше молодых людей, которые в семьях говорят по-русски, по-болгарски, по-украински, по-гагаузски, стремятся знать молдавский язык именно в силу “потребностей экономического оборота”, то они просто слепы.
Но им выгодна эта слепота. Выгодно не замечать естественного хода событий. Потому что политика, которую они обслуживают - это не развитие, а порабощение и подчинение тех, кто живет здесь и сейчас. Их метод - не заботливая помощь естественному процессу, а грубое вторжение слона в посудную лавку. Срубить столетнее дерево человеческих отношений на молдавском холме, что на пересечении всех дорог, сжечь корни и воткнуть на этом пепелище наспех “смастряченную”, искусственную конструкцию совсем недавно изобретенного, по молдавским меркам, панрумынизма - вот идея, которой они следуют.
Они не собираются возделывать ниву языка - и ждать терпеливо, как ждут крестьяне, пока начнет плодоносить лоза. У них просто нет на это времени, потому что они - рабы конъюнктуры, потому что они обслуживают вполне конкретных СЕГОДНЯШНИХ бухарестских политиков, и до “завтра” им нет никакого дела.
И вот ЭТО они пытаются выдать за “общенациональный праздник языка”?
* * *
Здесь не зря мы заговорили о политике, потому что, намеренно или случайно, директор Дома румынского языка еще раз, без всякой просьбы с нашей стороны, разоблачил сущность “культурных программ”, которые финансирует Бухарест в Республике Молдова.
Казалось бы, что может быть невиннее изучения языка и румынской культуры? Вот начало речи, вполне умеренное и культуртрегерское:
“В скором времени учреждение стало дидактическим и культурным центром (проект предусматривал также организацию семинаров, симпозиумов, “круглых столов”, презентаций книг, выставок - все в области лингвистики), в котором человек находит оптимальные условия для изучения языка и познания нашей культуры”.
И так далее, и тому подобное. И уже совсем готова культурная слеза скатиться по небритой щеке, но тут поспевает заключительная фраза:
“Мы обязательно вернемся к соответствующему проекту, поскольку считаем, что молодые должны изменить образ этого мира, приняв на себя обязательство решать многочисленные политические, социальные, экономические проблемы и, возможно, прежде всего, проблемы идентичности. Вот почему мы полагаем, что через десять лет Дом румынского языка будет учреждением, ориентированным прежде всего на молодежь - учащихся, студентов..”
И высохла слеза, и поднялась недоуменно бровь. Простите, что это за речи - “изменить образ мира”, “решать политические проблемы…”
Знаете, когда культурное учреждение начинает увлеченно брать на себя функции содействия “решению политических, социальных и экономических проблем”, то я перестаю верить вывеске. Это - не культурное учреждение. Это - политический форпост, который выполняет исключительно политические задачи.
* * *
Ничего не имею против Румынии, румынского языка, румынской литературы, румынской культуры, румынских песен, птичек, бабочек, курортов и самого слова “румынский”. Интернационалист я, видите ли - как и все мы в нашей партии, как и любой здравый человек в Республике Молдова.
Но всегда буду против агрессивной, лживой, невежественной политики, которую пытаются навязать бухарестские политиканы нашей стране. Именно их стараниями благородные слова “румынский язык” всего лишь за десятилетие стали в Молдове восприниматься как символ раздора, ненависти, этнической нетерпимости.
С них взятки - гладки. Отсидели свой срок в парламентах и высоких кабинетах, “срубили” капустки и политических капиталов на “возвращении Бессарабии в лоно” - и на покой, сидеть на террасе виллы на берегу теплого моря, писать мемуары.
А нам, значит - сидеть у дымящегося пня, на стволе изуродованного дерева?
Хороший расклад, ребята. Но этот кунштюк у вас не пройдет. К дереву мы вас не подпустим.
Другие вопросы - есть?
Tagged: лимба
