ПРодолжаю цикл о создании компании на миллион http://vsocial.livejournal.com/127673.html

Кто создает будущее

Итак, мы проинтервьюировали десять компаний из категории быстрорастущих — так называемых компаний-«газелей». Такой выбор определялся особой ролью этого типа компаний в рыночной экономике. Понятие «газели» ввел в 1980-е годы американский экономист Дэвид Берч. Он установил, что большинство как крупных, так и мелких компаний растет медленно и вносит минимальный вклад в увеличение занятости и рост ВВП. Существует, однако, небольшая группа фирм, сочетающая высокую динамичность и устойчивость роста. Берч назвал их «газелями», подчеркнув этим сходство таких фирм с животным, которое не только развивает высокую скорость, но и способно, в отличие, скажем, от гепарда, поддерживать ее на стайерских дистанциях. По оценке Берча, «газели», составляя всего 4% от общего числа фирм, создали примерно 70% (!) новых рабочих мест, появившихся в США в 1988–1992 годах.

Идея выделить тип фирм (кроме термина gazelle для его обозначения приняты названия high-growth firms, fast growing firms; близким по значению является также понятие high-impact firms), имеющих исключительное значение для развития экономики, была подхвачена многими исследователями. Интенсивные международные исследования «газелей» идут уже три десятилетия. В одном из наиболее полных обзоров литературы, посвященной «газелям», говорится: «Все исследования свидетельствуют: “газели” создают большую часть прироста занятости или весь этот прирост». А согласно материалам исследовательской группы ЕС, «наиболее цитируемые работы демонстрируют, что в каждой новой когорте компаний от 3 до 10 процентов из них дают 50–80 процентов общего экономического воздействия, производимого данной когортой за время ее существования». Последнее замечание крайне важно для преодоления российского скепсиса в отношении развития нашей экономики. Когда мы видим, что не все компании растут, а только часть, и не все компании внедряют инновации, а некоторые живут за счет административного ресурса, мы спешим сделать вывод, что у нас не хватает ума и рынка. Но давайте вдумаемся: на Западе только 3–10% компаний дают 50–80% экономического эффекта, то есть огромная часть не вносит особого вклада в экономику, но при этом Запад не считает свои хозяйства бесперспективными.

Предшествующие совместные исследования журнала «Эксперт» и Финансового университета при Правительстве РФ показали, что в России не просто есть «газели» — они априори даже более влиятельные игроки рынка, чем на Западе. Наиболее вероятная оценка размеров их «популяции» накануне последнего кризиса — 12% от общего числа компаний, минимальная оценка — 8%. То есть частота появления «газелей» в России в разы превосходит соответствующий показатель развитых стран. Причины этого: 1) изобилие свободных ниш, пригодных для развития бизнеса, и 2) высокий образовательный и интеллектуальный уровень активной, предпринимательской части населения, способной преобразовать эти ниши в реально действующие успешные бизнесы. Если в западных странах «газели», как правило, сконцентрированы в нескольких сегментах, зачастую поддерживаемых бюджетом (как это было, например, с производителями компонентов для солнечной энергетики до кризиса), то в России «газели» есть везде, в любой рыночной нише, и, конечно, никто их не поддерживает.

Такое изобилие и привело к вопросу: если у нас есть такой многочисленный отряд динамичных компаний, могут ли они стать активными участниками инновационного развития хозяйства?

Здесь важно сделать еще одно замечание. Кембриджский профессор Карлота Перес ввела в оборот, как нам кажется, очень инструментальное понятие — «спирали роста». Это экономические сектора или отрасли, которые растут быстро за счет реального спроса, и если выявить их потребности в технологиях, инновациях или в чем-то еще, то, зацепившись за этот рост, можно тоже довольно быстро сформировать большие модернизированные кластеры. Госпожа Перес предлагает использовать этот инструмент как один из ключевых при формировании программы модернизации экономики.

Нашим заказчикам показалось интересным совместить идею «спиралей роста» и «газелей». Так как «газели» растут очень быстро, имеет смысл узнать, является ли этот рост инновационным — в технологическом или продуктовом смысле этого слова — и можно ли, «прицепив» к «газели» другие компании, создать инновационный сегмент экономики.
Не ставьте на крупных

Одной из важнейших особенностей быстрорастущих фирм, установленной как на западном, так и на российском опыте, является способность «газелей» создавать спрос на свою продукцию и быстро расти во всех, в том числе в старых, отраслях, а не только в сфере хайтека. Простая сковородка или зубная паста (это реальные примеры из проинтервьюированных нами компаний) приобретают у «газели» такие потребительские свойства, которые обеспечивают ей долговременный рост и рыночный успех. Тем самым благодаря деятельности «газелей» резко расширяется сфера инновационной активности в стране. Потенциально она может охватывать всю экономику, а не только «прогрессивные» ее сектора.

При этом международная практика показывает, что сильный хайтек возникает не там, где он работает сам на себя, на удовлетворение внутрисекторных потребностей, а там, где его продукция востребована всей экономикой, включая насыщение передовой техникой и продуктами низкотехнологичных производств. В последние годы даже появился термин «низкотехнологичные инновации». Оказывается, фирмы из традиционных отраслей, активно привлекающие технологические новшества из-за пределов своей отрасли, способны сами становиться моторами инноваций, революционизирующими консервативное окружение, в котором они действуют. Фирмы-«газели», на деле доказавшие способность создавать повышенный конечный спрос на свою продукцию, заинтересованы в постоянном ее улучшении и потому являются естественными потребителями новых технологий, то есть носителями спроса на инновации.

Применительно к России это особенно важно, так как сегодня именно недостаток спроса на инновации стал ключевой проблемой перемен. При этом крупный бизнес предъявляет спрос на инновации в весьма ограниченных объемах и, как правило, не добровольно, а под государственным давлением. Так, президент РСПП Александр Шохин полагает, что «в российской экономике отсутствует спрос на инновации». Член бюро правления РСПП и исполнительный директор ТНК-ВР Виктор Вексельберг утверждает, что «на данный момент ни одна из “нормальных” российских компаний в текущей своей деятельности не готова и не хочет брать на себя риски, связанные с инновациями». Глава ОАО РЖД и член бюро правления РСПП Владимир Якунин выразил сомнения в эффективности подхода, когда «одни говорят, что у нас нет стимула к инновациям, другие — что если нет, то заставим быть инноваторами»*.